zamglavred (zamglavred) wrote in history_russia,
zamglavred
zamglavred
history_russia

Categories:

И снова о польских повстанцах. За что?

В 1906 г. Лев Николаевич Толстой пишет политкорректный рассказ о страданиях поляков в николаевской России. Называет его наивно и просто: "За что?"

...Сироцинский, по словам Росоловского, был человек гениальный и великой душевной силы. Он и умер героем и мучеником. И Росоловский ровным, спокойным басом стал рассказывать подробности казни, на которой он, по приказанию начальства, должен был присутствовать вместе со всеми судившимися по этому; делу.

— Два батальона солдат стояли в два ряда, длинной улицей, у каждого солдата в руке была гибкая палка такой высочайше утвержденной толщины, чтобы три только могли входить в дуло ружья. Первым повели доктора Шакальского. Два солдата вели его, а те, который были с палками, били его по оголенной спине, когда он равнялся с ними. Я видел это только тогда, когда он подходил к тому месту, где я стоял. То я слышал только дробь барабана, но потом, когда становился слышен свист палок и звук ударов по телу, я знал, что он подходит. И я видел, как его тянули за ружья солдаты, и он шел, вздрагивая и поворачивая голову то в ту, то в другую сторону. И раз, когда его проводили мимо нас, я слышал, как русский врач говорил солдатам: «Не бейте больно, пожалейте». Но они всё били; когда его провели мимо меня второй раз, он уже не шел сам, а его тащили. Страшно было смотреть на его спину. Я зажмурился. Он упал, и его унесли. Потом повели второго. Потом третьего, потом четвертого. Все падали, всех уносили — одних замертво, других еле живыми, и мы всё должны были стоять и смотреть. Продолжалось это шесть часов — от раннего утра и до двух часов пополудни. Последнего повели самого Сироцинского. Я давно не видал его и не узнал бы, так он постарел. Все в морщинах бритое лицо его было бледно-зеленоватое. Тело обнаженное было худое, желтое, ребра торчали над втянутым животом. Он шел так же, как и все, при каждом ударе вздрагивая и вздергивая голову, но не стонал и громко читал молитву: Miserere mei Deus secundam magnam misericordiam tuam.
— Я сам слышал, — быстро прохрипел Росоловский и, закрыв рот, засопел носом.
Лудвика, сидевшая у окна, рыдала, закрыв лицо платком.
— И охота вам расписывать! Звери — звери и есть! — вскрикнул Мигурский и, бросив трубку, вскочил со стула и быстрыми шагами ушел в темную спальню.

Действительно, за что же так жестоко поступили с человеком?

А вот за что!

«Было предположено находящимися в Омске заговорщиками в ночь на 25 июля 1833 г.,— доносил генерал-губернатор Вельяминов военному министру и министру внутренних дел, — зажечь суконную фабрику линейного Сибирского казачьего войска, кинуться к острогу, выпустить оттуда всех арестованных, отнять у караула оружие, броситься в казарму, колоть спящих солдат, у пушек казачьей артиллерии заклепать затравки".
(Дмитриев-Мамонов — «Декабристы в Западной Сибири», M., 1895, стр. 113)

...Характеризуя Я. Сероцинского, А.И. Герцен писал: "... физически слабый и нервный, но с необыкновенно предприимчивым и смелым умом, он вздумал устроить по всей Сибири огромный заговор ... Каждый знающий Сибирь согласится, что в ней собраны все необходимые начала революции. В Сибири все недовольны, в разных степенях и от разных причин, даже часто противоположных... Его план состоял в том, чтобы завладеть крепостями и главными местами с помощью согласных с ним военных и освобожденных ссыльных (большею частью из бывших солдат) и ждать, что будет ..."'

В воспоминаниях Р. Пиотровского указывалось, что "пользуясь более независимым положением, он вошел в сношение с поляками и русскими, и задумал освободить себя и других посредством всеобщего восстания в Сибири ... Сероцинский хотел освободить всех каторжников, захватить при их помощи все крепости в руки и провозгласить отделение Сибири от России; в случае же неудачи, силою пробраться до Бухары и оттуда достичь английских колоний в Индии ...

Интересно, что В.Сливовская отмечает наличие этого плана (вооруженное восстание либо - в случае неудачи - коллективный побег) у Я. Сероцинского и К. Шокальского уже по дороге в ссылку.
По мнению А. Кияса "трудно сказать существовали ли какие-нибудь связи между Омском и Оренбургом, а также другими населенными пунктами Сибири, в которых находились поляки".

Мы разделяем мнение исследователя А.С. Нагаева, тщательно изучившего военно-ссудные дела следствия и считающего, что " действия Сероцинского в Омске говорят о том, что он готовил мятеж и массовый побег поляков, намеревался втянуть в это русских солдат ... Недавние активные повстанцы ... составили заговор и готовили в 1832 - 1833 гг. вооруженное восстание в Сибири. Его ударной силой должны были явиться солдаты и офицеры расформированной польской армии, считавшиеся военнопленными, но зачисленные на службу в Отдельный Сибирский корпус ... К лету 1833 г. минимальный вариант плана заговорщиков был накануне приведения в исполнение. Но последовала серия доносов, начались аресты."

...Важно, что Я. Сероцинский рассматривал себя как представителя польской культуры и считал своим долгом приобщение местного общества к ее ценностям, что само по себе очень важно в полиэтническом пространстве, каковым всегда являлась Сибирь. 23 ноября 1832 г., будучи впервые приглашен к обеду в дом начальника училища полковника Черкасова, Сероцинский стал объектом всеобщего внимания: "…За столом услышали от меня гармонию нашего языка, которая оживила в гостях чувства народные и привила вкус в целом собрании, …один спрашивает об обычаях, другая просит о песне, загремело в домах, загремело в городе, …обрадовалась душа моя, и, будучи восхищен народною гордостию, я был вне себя от радости, я воображал, что составляю какой-нибудь свет, которого лучи летят отражаться… Народная моя гордость равнялась восходящему солнцу, день сей сделался для меня днем победы и вознесения".

Впоследствии Сероцинский, помимо семейства Черкасова, стал желанным гостем во многих домах высшего общества Омска – у городничего, жена которого была полька, у вице-губернатора Ф.П. Маркевича и др. Светская жизнь Омска была достаточно оживленной – в дневнике Я. Сероцинского постоянно упоминаются собрания, обеды, вечера, где он фигурирует как приглашенный


...Униатский ксендз Ян Генрих Сероцинский, официально служивший рядовым в русской армии за участие в восстании 1831 года. В действительности, будучи преподавателем Омского войскового казачьего училища, он давал уроки сыну директора, который стал его защитником. Но даже директор не смог уберечь Сероцинского от страшного наказания за участие в так называемом омском заговоре 1833 года. Вместе с товарищами, мечтавшими о побеге через Бухару в Китай и дальше в Европу, он был арестован, после длительного следствия осужден в январе 1837 г. на 6 тысяч палочных ударов и умер во время экзекуции в Омской крепости в марте того же года, вместе с четырьмя обвиненными солдатами. 12 осужденных пережили это ужасное наказание, утвержденное самим императором Николаем I. Омский заговор — это одна из самих потрясающих страниц в истории польской ссылки первой половины XIX столетия.
Умиляет это разочарованно-недовольное: "даже директор не смог уберечь". Интересно, а Сероцинский даже при относительном при успехе своего дела, собирался "уберечь директора"? Или хотя бы его семью? Или всех тех, кто приглашал его в Омске на обеды?
Или вот это герценовское: "и ждать, что будет". Строчка это много говорит и о самом Герцене. В ней уже проглядывает тактика февральских революционеров 1917 г. Устроить революцию, поджечь всю страну и... ждать, что будет.
В 1833-37 году было следствие. Потом было наказание. А чего еще можно ждать? Восторженных аплодисментов? Но ведь они тоже были. Позднее. В книгах Герцена и Льва Толстого. Аплодисментов невинной жертве, так и не успевшей стать палачом.

Tags: 19 век, массовые выступления, национальный вопрос, подполье, самодержавие
Subscribe

  • Ленинград. Здание Ленморпроекта.

    Я уже писал о расположенном на углу Кавалергардской улицы и Суворовского проспекта здании Академии легкой промышленности - эффектном образце…

  • Усадьбы Знаменское-Раек и Прямухино.

    Пришла пора завершить рассказ о поездке в Остров, Торопец и Вязьму. Из Твери наш путь лежал в Питер, но по дороге мы посетили две усадьбы в…

  • Петрозаводск. Площадь Ленина

    Традиционная большая летняя поездка в этом году у меня не состоится, а потому придется заменить ее несколькими маленькими. Одна из них пару недель…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments

  • Ленинград. Здание Ленморпроекта.

    Я уже писал о расположенном на углу Кавалергардской улицы и Суворовского проспекта здании Академии легкой промышленности - эффектном образце…

  • Усадьбы Знаменское-Раек и Прямухино.

    Пришла пора завершить рассказ о поездке в Остров, Торопец и Вязьму. Из Твери наш путь лежал в Питер, но по дороге мы посетили две усадьбы в…

  • Петрозаводск. Площадь Ленина

    Традиционная большая летняя поездка в этом году у меня не состоится, а потому придется заменить ее несколькими маленькими. Одна из них пару недель…